Власть

Начали с хвоста

Точка зрения I Юлия ВЛАСЮК © ДД

13 июля 2019, 18:27


ПОПЫТКА зажать рот народу. Так восприняли пользователи социальных сетей законопроект об ограничении доступа в Интернете к той информации, которая порочит честь и достоинство граждан.

ПОНЯТЬ такую реакцию можно. В последнее время высказать своё мнение о ситуации в Приднестровье или узнать информацию из первых уст можно только в социальных сетях. Поскольку государство практически монополизировало информационное пространство и тщательно его стерилизует. А тут ещё покусилось на Интернет.

Вот только, на мой взгляд, особой опасности для гласности этот законопроект не несёт. Более того, он даже оправдан, поскольку представляет собой механизм реализации судебных решений. То есть предполагает блокировку информации, которую суд признал ложной либо порочащей честь и достоинство граждан или юридических лиц. Причём блокировка применяется в случаях, если ответчик не удалил информацию сам, в установленные тем же судом сроки. И правильно. Подобное правило давно надо внести в отношении всех судебных решений. А то суд, например, признаёт постройку незаконной и обязывает человека снести её, а он и в ус не дует. Живёт себе, годами игнорирует решение суда и нет никаких средств, чтобы заставить его исполнять законы.

Тогда почему пользователи соцсетей так остро отреагировали на законопроект, который, по сути, направлен на благое дело – очистить Интернет от клеветнической и оскорбительной информации? Думается, дело кроется в недоверии к судебным решениям. Ведь не секрет, что правовой механизм, который предполагает защиту чести и достоинства гражданина, можно использовать для наказания неугодного СМИ или правдоруба. Как?

Давайте представим, что некая газета написала статью о ситуации, где человек, так сказать, со связями совершает противоправный поступок. Например, самовольно строит сарай, который закрывает свет в окнах соседского дома. То есть нарушает правила, установленные законом. И куда бы эти соседи ни жаловались, всюду их отфутболивают – связи работают. Тогда они обращаются к журналистам, которые в соответствии со своим профессиональным долгом освещают эту ситуацию, имеющую общественный резонанс, поскольку она типична для нашей страны. А этому самому человеку со связями такой поворот категорически не нравится – ведь он привык свои делишки творить в темноте и тишине. Чтобы наказать «наглых» журналистов, герой статьи подаёт иск к журналистам о защите чести и достоинства. Причём требует серьёзную денежную компенсацию.

Дальше события могут развиваться по двум сценариям. Если судья входит в круг связей истца, то решение будет в его пользу, какие бы доказательства своей правоты журналисты не представили: свидетелей, документы… Если же судья окажется честным и принципиальным, то журналисты выиграют дело, но останутся в минусе. Потому что потратят время, силы и деньги на то, чтобы доказать свою правоту. К тому же не так давно депутаты ВС внесли в законодательство поправки, которые позволяют требовать приостановление деятельности СМИ в качестве обеспечения иска о защите чести и достоинства. И если это независимое от государства издание, которое находится на хозрасчёте, то для него приостановка деятельности означает явное банкротство. Тем более что судебный процесс может длиться год и даже больше. А закон не предусматривает, что истец должен автоматически компенсировать весь моральный и материальный ущерб, которые понёс ответчик в результате необоснованного иска. Вот такой удобный способ отомстить журналистам за то, что они выполняют свой гражданский и профессиональный долг.

Работает эта система и в обратном направлении. Если человек чем-то неугоден властям, или судам, или людям со связями, то ему практически невозможно будет доказать в суде, что его честь и достоинство пострадали. Пример тому история депутата Верховного Совета Олега Хоржана, который встал в оппозицию нынешней власти.

В прошлом году Олег Хоржан пытался привлечь к ответственности гражданина, который публично оскорбил его при исполнении депутатских обязанностей, назвав дерьмом. Однако сначала милиция, а потом и суд отказалась признавать это слово оскорблением. По решению судей, слово дерьмо «не имеет статуса оскорбительной языковой формы в юридическом смысле слова и не может быть расценено, как неприличное, не считается нецензурным или бранным». Видимо блюстители закона никогда не заглядывали в толковый словарь известного советского и российского лингвиста, кандидата филологических наук Татьяны Ефремовой. Она прямо пишет, что слово дерьмо грубое и при употреблении в переносном смысле является бранным. Получается, что милиция и рыбницкие судьи официально разрешили приднестровцам называть этим бранным словом не только друг друга, но и представителей власти. И теперь любой может сказать, что суд у нас – дерьмо.

 Кстати, сейчас тот же Олег Хоржан пытается снова защитить свои честь и достоинство, предъявив иск к редактору газеты «Человек и его права» Николаю Бучацкому. И снова его попытки выглядят безуспешными. На последнее заседание суда Хоржана даже не привезли из места заключения, где он отбывает наказание за насилие в отношении представителя власти. Тем не менее суд не стал откладывать рассмотрение дела. Хотя отсутствовал не только истец, но и его представитель Пётр Немченко, который отказался участвовать в заседании из-за невозможности согласовать свои действия с доверителем. На каком основании судья решил продолжать рассматривать дело? «Правда Приднестровья», редактор которой находился на том самом заседании, озвучила это: «Хоржан был своевременно уведомлён о времени и месте судебного заседания, и суду не известно, почему истец отсутствует».

Честно говоря, непонятно, как вообще судья собирается выносить решение, если истец даже не смог представить в суде доказательства обоснованности своего иска. На основании только лишь искового заявления и показаний ответчика? Любой юрист скажет, что такое решение нельзя будет назвать беспристрастным. К слову, сам Николай Бучацкий, по свидетельству всё той же «Правды Приднестровья», и не отказывался от того, что его статьи унижают достоинство Олега Хоржана, порочат его. Но при этом оправдывал себя тем, что публикации соответствуют действительности. И в доказательство сослался на протокол заседания общеприднестровского народного форума – общественной организации, заявления которой носят в общем-то декларативный характер. И не могут служить доказательством сведений, предоставленных в статье Бучацкого: неправедность личных доходов Хоржана или получения им денег от иностранных партий на политическую деятельность. Подобные вещи можно озвучивать только со ссылкой на конкретные финансовые документы, сообщения следственных или налоговых органов. Более того, даже они не являются основанием для того, чтобы унижать честь и достоинство человека, прочить его или оскорблять, как это делал, по его собственному признанию, редактор газеты «Человек и его права».

Впрочем, дело ещё не закончено. Судья назначил психолингвистическую экспертизу, которую проведёт минюст с привлечением специалистов ПГУ. Будем надеяться на беспристрастность и объективность экспертов. А также на то, что судьи всё же дадут возможность Олегу Хоржану участвовать в деле по собственному иску.

НАДО СКАЗАТЬ, что независимость судебных органов от других ветвей власти, декларируемая в Конституции, в последнее время вызывает множество сомнений. Поскольку законодательство в этой области изобилует разного рода недочётами. Например, о какой независимости может идти речь, если судей назначают представители органов других ветвей? Это ведь рычаг для давления. Сделаешь, как скажут – получишь должность, не сделаешь – потеряешь работу.

Кроме того, судьи отчитываются перед президентом и Верховным Советом о своей работе. Это тоже говорит о том, что фактически судебная власть в Приднестровье ставится ниже исполнительной и законодательной. Ведь президент и депутаты не отчитываются перед коллегией Верховного или Конституционного суда о своей работе.

Объективность судей законодательство тоже не обеспечивает в полной мере. Наоборот, правовые нормы позволяют судьям чувствовать себя царьками в своей вотчине. Например, судья может единолично вынести решение об отказе в отводе самого себя. Или единолично запретить гражданам, а также журналистам посетить открытое судебное заседание, пользоваться диктофоном или видеокамерой, что, кстати, нарушает законы в области СМИ и доступа к информации.

В общем, внедрять механизм блокировки в Интернете информации, которая признана судом недостоверной или оскорбляющей, необходимо. Но начинать борьбу за сохранение чести и достоинства граждан надо всё же не с хвоста, а с головы. Потому что не только рыба гниёт именно оттуда.

2 стр. «ДД» №28



Ваш комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

ТО, ЧТО СЕЙЧАС ЧИТАЮТ